Прежде всего, решите, что для вас важнее – любовь, футбол или бизнес. Для самых отчаянных есть еще и игры разума. Расставьте, только честно, приоритеты и идите по ссылкам.

Если ЛЮБОВЬ

Впрочем, любовь это тот же футбол – игра, азарт, непредсказуемость, противоборство…

мужчина, женщина - и к черту запятая,
пусть единятся спящие раздельно
два заговорщика, повязанные тайной
деторожденья

два заговорщика, которые мечтают
подвинуть мир, стоящий равновесно,
мужчинаженщина - да сдохнет запятая
на раз, навечно!

Дмитрий Легеза

Альманах открывается описанием заключительной фазы любви. Впрочем – разве может быть у настоящей любви заключительная фаза?

Я приступал к активному дыханию. Будущая Мама истошно вопила, впиваясь с каждым воплем ногтями в мою протянутую руку помощи. Ногти она в последние недели специально не постригала, чтобы вид у меня был теперь окровавлено-героический...

Сергей Сурин «Снова и снова»

Мужественно пройдя все стадии деторождения, вы завоюете право прочесть умное и стильное произведение о любви:

Покрытое бисеринками пота гладенькое влажное предплечье Шайтанчика обивала татуировка в виде змейки, в которую Сергей Сергеевич тыкался с ласковым телячьим причмокиванием. Когда во время их первого свидания Шайтанчик, тогда ещё сопливая школьница, со свирепой решимостью стянула с себя платье, Сергей Сергеевич, увидав уютно расположившегося на теле девушки гада, ойкнул:

- Дурочка, зачем тебе это?

Слава Фурта «My father’s son»

В третьем кубике любовь неожиданно выступает объектом серьезного научно-художественного исследования:

Известен эффект порочного обаяния. Девицы и мадамы разных возрастов и обличий часто влюбляются в очевидных мерзавцев, бравирующих порой своим негодяйством. Их постоянно тянет к мужчинам, приправляющим свою речь сальностями, а во много крат более достойные кавалеры остаются отвергнутыми. Юноши и мужчины регулярно влюбляются в откровенных потаскух...

Владимир Рекшан «Философские подружки»

Наверное, следовало бы поставить тексты в обратном порядке – сначала историческая арт-подготовка, затем пример страстного и неизменяемого разворота любовных событий, и только потом уже художественно-методические указания по родам и первым дням жизни плода любви. Но вечно у нас все не так, как надо. Даже тетки с «короткими толстыми ножками… с двумя сумками в руках» то и дело норовят влюбиться …

Самое невозможное и позорное для тётки – влюбиться. Нет, она даже может и замуж выйти в своём, в тёткином состоянии, но влюбиться – это какая-то комическая мерзость, вроде спаривания бегемотов. Или лучше: космический стыд.

Татьяна Москвина «Фрагменты из нового романа»

И все-таки внимательное изучение любовных страниц альманаха позволит тем, у кого мало времени на любовь, сократить риск ошибки и обойти многие подводные камни в бурлящей акватории страсти.

Если БИЗНЕС

Бизнес, однако, это та же любовь – то сладкая, то горькая. Можно воспарить и можно все потерять, пути рентабельности неисповедимы…

Ничто не может так порадовать мужчину, как ощущение выполненной важной работы. Особенно, если ты её сам задумал и сам же задуманное реализовал.

Иван Меркурьев «Зеленая весточка»

Многие страницы альманаха являются практическим руководством для предпринимателей. Прочитав альманах от корки до корки, вы будете осторожней и уверенней в своем деле. И дело пойдет.

… для показа банку залога выставляется «кукла». Первый, второй, третий ряд - из коробок с реальными унитазами, а четвёртый, пятый и т.д. – из пустых коробок. Из-под тех же унитазов. Но создается впечатление, что товара – немерено.

Кредитная инспекторша никогда не полезет наверх, чтобы постучать по коробкам второго ряда, и зафиксирует в акте осмотра, что представлено столько-то коробок по такой-то цене. То есть банально обмануть банк – несложно. А уж банку обмануть клиента…

Иван Меркурьев «Почем Багамы для народа»

Вы российский предприниматель? Давно ли вы смотрели на себя в зеркало? За годы непрерывной борьбы за живучесть вы могли и измениться…

… низкий, сплющенный от налогового бремени лоб; ошарашенные, стеклянные глаза, навечно оставшиеся навыкате после атомной продажи «Юганскнефтегаза»; объемные, мятые мешки под глазами, где, возможно, и прятались от фискальных органов и бандитов валютные ресурсы, плюс двойной подбородок – резервный фонд на случай временного пребывания в местах лишения плотной и приятной пищи…

Сергей Сурин «Снова и снова»

Если ФУТБОЛ

Футбол - это и любовь, и бизнес. А тот, кто скажет, что в этой игре нет разума, может почувствовать на себе камень.

… для любителей футбола путь один - к фантастическому приложению «Вперед за Питер». Весь предыдущий текст можете смело пропускать. А вот к чтению футбольной фантасмагории надо подойти со всей ответственностью преданного болельщика.

Перед чтением наденьте на себя все атрибуты любимой команды – шарф, кепку, футболку. В центре комнаты поставьте клубный флаг, а фотографии кумиров разложите на полу в соответствии с привычной схемой игры.

Теперь повернитесь лицом в сторону тренировочной базы клуба.

Можно начинать чтение.

- Рады стараться, уважаемый Всеволод Максимович! – гаркнул строй зенитовцев, да так зычно, что дверь салона открылась, и в нее просунулось любопытствующее усатое лицо известного российского тренера.

- Что за шум, а драки нет? – спросил усатый. - Может, пистолет кому нужен? Могу одолжить...

Сергей Сурин «Вперед за Питер»

Результат вдумчивого, внимательного чтения футбольной фантасмагории неминуемо отразится на игре любимой команды: появится плотность в центре, улучшится качество передач.

Что же делать тому, кто болеет за другую команду, но получить удовольствие от фантастического текста готов в любую минуту?

Берете замазку-корректор и отбеливаете в тексте чужие названия, речевки, расцветки и имена. На выбеленное место навечно вписываете свои, родные символы.

Пример: из «Вперед за Питер» делаем «Вперед за Лондон», все сине-бело-голубое переводим в синее. Владислава Радимова заменяем на Джона Терри, Валентина Матвиенко превращается в Кена Ливингстона, ну и «Зенит», соответственно, в «Челси».

Делов-то! Проще простого. А дальше – ни с чем не сравнимое удовольствие…

И казалось Всеволоду, что это уже не люди, а птицы и животные кричат милые сердцу речевки. «Зе-нит!» - подпрыгивали антилопы. «Чем-пи-он!» - грозно ревели молодые львы, а высокие мудрые жирафы, которые благодаря своему росту видят далеко вперед – за многие месяцы и годы, за многие матчи и сезоны - авторитетно кивали, соглашаясь: «Однозначно суперклуб!»

«Вперед за Питер»

Если ИГРЫ РАЗУМА

Разум, как и бизнес, порой играет, иногда рискует, а бывает – наглухо уходит в подполье.

Незаменимым инструментом при чтении альманаха послужит Чертова Коробочка – прибор для понижения интеллекта, обладатель которой обретает свое земное счастье.

Он протянул коробку Сергею. Она была размером с маленький калькулятор. Без экрана, кнопок, только с ручкой, которую, наверное, можно было поворачивать. Напротив острого носика ручки была шкала с рисками и маркерами через десять: от шестидесяти до ста. Носик указывал на сотню.

- Ну, посмотрел. Что это?

- Видишь, это мои электронщики сделали. Такая херня получилась. В общем, вышел прибор для снижения интеллекта.

Андрей Лещинский «Чертова коробочка»

Но если у вас вдруг появится желание разобраться в абсурдной неисповедимости путей Господних (чем черт не шутит), прибор-коробочку лучше отложить.

На самолете было нарисовано все, что положено: позолоченные кресты, благообразные лики, Георгий Победоносец, голуби, старославянские изречения. Кабину венчала маленькая луковка. Государственная символика отсутствовала по причине отделенности церкви от государства.

Батюшка подоткнул рясу, натянул летный комбинезон. Сверху, соблюдая традицию, он накинул расшитую узорами церковную одежду.

Алексей Смирнов «Опыты солипсизма»

Если же, облетев территорию разума, вы так и не напали на след Высших путей, не торопитесь с решением об их отсутствии…

Павлик серьезно присматривался к забавной фигуре, которая уже перешла с зигзагов на полупрыжки — не то журавлиные, не то цаплины. Сэм Стоун раскинул руки, будто шел по канату. Он высоко поднимал колени и поминутно оглядывался, ища похвалы. Все это было так необычно, что никто не испугался.

Алексей Смирнов «Визит Сэма Стоуна»

Если вы все-таки надумаете понизить интеллект при помощи Чертовой Коробочки, то вам не стоит читать эссе «Парадокс о поэте»…

На сегодня получилось, что мы живем в переходную эпоху, но этот переход слишком затянулся. Это не переход Суворова через Альпы и не переход от советского образа жизни к постсоветскому. Это переход от религиозной картины мира, рухнувшей в эпоху Ницше, к ноосфере. Мы в начале пути, но вектор движения именно таков.

Вадим Максимов «Парадокс о поэте»

… а также рубрики «Судилище», «Страшный суд» и «Беседы».

Судилище в альманахе устраивается над всеми крупными произведениями. Сперва текст подлежит обвинению, затем оправданию. В ролях прокурора и адвоката попеременно выступает один и тот же человек, личность которого – тайна за семью печатями. Мы и сами-то его толком не знаем – приходит рано утром, видать, злой, подбрасывает обвинительную рукопись в почтовый ящик, а тем же вечером появляется под окнами, кричит, что передумал и оставляет оправдательный вердикт...

Да вы и сами можете выносить свои приговоры и отправлять их на наш сайт www.litkubiki.ru.

Говорят, Рене Декарт в свое время любил ошарашить аудиторию тем, что, блестяще доказав теорему, тут же следом, на глазах у изумленной публики выводил несомненное доказательство обратного. После таких лекций у многих слушателей наступало просветление.

www.litkubiki.ru, отрывок из манифеста проекта

В рубрике «Страшный суд» Виктор Топоров должен легко убедить вас в полной профессиональной непригодности составителей первого номера альманаха.

Вы с ним согласны?

Почувствовали ли вы, читая альманах, Время? Жестокое, несправедливое, странное, противоречивое, но – Наше Время с нашими современниками, отстаивающими свое право на счастье...

Триста лет интеллектуального просветления (и при чтении умного Виссариона Белинского, и при чтении глупого Милорда Георга) принесли человечеству очень много знаний, но не очень много счастья...

Беседа с Львом Аннинским

Я всю жизнь считаю, что человеку дано от природы три великих блага: дружба, любовь и работа. Во всяком случае, ничего другого ему просто не надо: все прочее блажь, чушь и суета сует. Но даже самое великое благо это еще не есть счастье – это лишь отсутствие несчастья. Впрочем, может быть, отсутствие несчастья и есть самое большое счастье, которое мы только умеем себе представить?

Беседа с Борисом Стругацким